"…Выходя замуж, я не допускала мысли о том, что у нас с мужем может не быть кровных детей. Несмотря на то что у него в предыдущем, довольно длительном, браке детей не было, я была уверена, что смогу родить ему ребенка. Поэтому, соглашаясь заранее на возможное усыновление, я серьезно не задумывалась обо всем этом.

      Прошел год совместной жизни, и мы начали ходить по врачам, затем обратились в клинику, где нам предложили провести ЭКО в связи с мужским фактором бесплодия. Первая попытка оказалась неудачной, несмотря на первоначальную уверенность врача в благополучном исходе. Муж переживал, а я просто с ума сходила от отчаяния. Через полгода после ЭКО, когда я поняла, что не могу пойти на повторную попытку и по физиологическим причинам, и из-за панического страха очередной неудачи, я начала подумывать об усыновлении.

      Как-то раз, прогуливаясь с мужем по улице, я предложила зайти в детский дом, поговорить с директором, поглядеть на ребятишек. Директор встретила нас хорошо, дала нам координаты опеки, позвонила им и сказала, что сейчас мы зайдем. Ребятишек, конечно, нам не показали, нескольких мы видели, когда они бегали на кухню за чем-то вкусненьким (только прошли новогодние праздники). Да и детки были уже большенькие, а мы хотели новорожденного.

      В опеке приняли нас достаточно приветливо, после выяснения причин такого желания выдали список необходимых документов. Документы мы оформили быстро: медицинские справки нам удалось получить за две недели. Еще неделя ушла на справку из ОВД, а с остальными документами проблем не было: в качестве временного жилья мы предъявили съемную квартиру, а гарантом того, что у нас будет свое жилье, послужил договор на долевое участие в строительстве дома.

      Еще неделю мы ждали заключения о возможности быть усыновителями. Маленьких детей у нас в городе не было, а до весны мы ждать не хотели (отказнички обычно обычно у нас весной бывают), поэтому нам выдали пакет документов на руки и отправили в областной центр усыновления.

      Там встретили нас не очень приветливо, поначалу одна инспектор даже недовольно бурчала за то, что мы не предупредили о своем приезде. Оказывается, в этот день ждали иностранцев. Я расстроилась чуть ли не до слез, но вышла директор, сделала замечание инспектору, что та российским усыновителям предпочитает иностранцев, и в результате нас согласились принять.

      Наконец нас допустили к базе данных на детей.

      Мы выбрали почти наугад 8-10 анкет, пошли к директору выписывать направления. Она же нам порекомендовала посмотреть еще одну девочку, которая не была на тот момент в базе (ее одна семейная пара рассматривала на предмет удочерения, но решила отказаться).

      Представляете, эта девочка сейчас - наша дочка, и я очень благодарна директору, что она нас буквально заставила взять направление, чтобы встретиться с Таечкой.

      Момент знакомства с дочкой я отчетливо помню до сих пор: открывается дверь, нянечка на руках несет полусидящую девочку, которая смотрит так внимательно, что у меня даже сердце сжалось. Я протянула ей пальчик, она опять внимательно-испытующе посмотрела мне в глаза, зажала палец кулачком и улыбнулась. Тогда ей было 3 месяца и 1 неделя. Единственное, что я тогда подумала: какие круглые у нее глаза, да и вообще, что красивого в этом ребенке, самая обычная внешность. Нянечка, видя мое замешательство, засмеялась и сказала девочке: посмотри на мамку получше, поулыбайся (что дочка и сделала).

      Я была в полном ступоре от противоречивых чувств: с одной стороны, мне понравилась девочка, а с другой стороны, мне хотелось мальчика, похожего на мужа. Все увиденные дети были светловолосые и сероглазые. Принесли нам еще мальчика, опять светловолосого и зеленоглазого, на две недели младше девочки. В отличие от дочки он сразу очень деятельно начал разглядывать потолок, обстановку комнаты, нас, в общем, очень живой.

      Всю обратную дорогу домой мы обсуждали, кого же мы возьмем: мальчика или девочку, после долгих споров и раздумий решили взять девочку независимо от результатов обследования.

      Неделю до следующей встречи с девочкой мне было тяжело пережить, постоянно снились сны, что ее отдают кому-то другому или что вернулась ее родная мать. За эту неделю я уже безумно любила дочку и с нетерпением ждала момента, когда можно будет забрать ее домой.

      Имя для девочки мы выбрали случайно. Оказалось, что ни одно из выбранных нами имен для девочки не подходит… Растерянно я смотрела на малышку, мысленно перебирая все вспомнившиеся имена… Нет, не подходит, опять не подходит. Муж улыбнулся, посмотрел на меня и спросил: "Что ты чувствуешь, когда смотришь на нее?" Я ответила: "Я просто таю…" Так она стала Таечкой, Таей.

      Суд нам назначили быстро, сразу после выходных, даже выдали распоряжение о немедленном исполнении решения суда. Правда, на самом суде пришлось поволноваться: в отказе мамы сведения об отце были зачеркнуты и потом в качестве отца вписан муж, поэтому пришлось ехать в роддом и заверять истинность исправлений у заведующего роддомом. Потом оказалось, что загс нам не может выдать новое свидетельство о рождении, так как девочку регистрировали по месту жительства матери, в городке неподалеку. Пришлось ехать туда и там получать документы, благо оказалось недалеко.

      …Нянечка вынесла нам дочку, помогла одеть в свою одежду, завернуть в одеяло, и кроха оказалась такой миленькой, одновременно очень родной и совсем незнакомой!

      Вот так у нас и появилась дочка Тая, и мне кажется, это имя ей подходит. Тем более, что оно ей очень нравится, и когда ее спрашивают: "Девочка, тебя как зовут?" - она смешно морщит носик и, смеясь, отвечает: "Тайка-летайка!"

      Адаптации как таковой у нас не было, но некоторые проблемы были: она не любила гулять на улице, коляску просто на признавала, редко улыбалась. Через 2-3 недели стало лучше: наступила весна, мы стали больше гулять в кенгурушке, эти проблемы прошли. Ощущение того, что ребенок ограничивает нашу свободу (до появления дочки мы вели активный образ жизни), тоже не было. На природу на велосипедах мы начали выезжать с полугода (в кенгурушке), съездили летом в гости к родителям в другой конец страны, по возвращении - опять поездки на велосипедах в детском креслице.

      За то время, что мы вместе, наша семья пополнилась еще одним малышом, дочка проявила себя заботливой и любящей сестренкой.

      О втором малыше мы начали думать почти сразу, как привезли дочку домой. Дело в том (и я до сих пор корю себя), что, когда нам понравился еще один малыш, мы его не взяли.

      Когда дочке исполнилось десять месяцев, я поняла, что не суждено мне забыть того мальчика, и убедила мужа забрать его домой, чтобы были у нас дочка и сынок (он на две недели младше дочурки) - "двойняшки". Но оказалось поздно - к тому моменту мальчика забрала другая семья.

      Мы планировали взять ребенка возрастом около года, причем, как и в прошлый раз, привезти из областного центра. Каково же было мое удивление, когда я начале декабря я пришла за заключением в опеку и мне сказали, что только что появился отказной мальчик.

      Домой я шла с дрожью в коленках и все представляла, как отреагирует муж на это известие. Особенно меня радовали внешние данные родителей мальчика, по ним выходило, что малыш будет на нас похож.

      Дома я успокоилась, и мы с мужем решили: возьмем мы малыша или нет, сейчас важно обеспечить ему нормальное питание и уход. Разговор с заведующей роддома, а потом с врачом-неонатологом показали, что мы сделали правильно: малышу нужно было специальное питание (он был очень слабенький, маловесный). Было подозрение на порок сердца.

      Через полторы недели нам наконец-то разрешили увидеть мальчика.

      Когда там, в больнице, мне его вынесли, я оторопела: заполняя анкету на выбор ребенка, мы отметили, что "цвет волос не имеет значения". Но мы забыли - бывают рыжие дети!

      Итак, еще через десять дней мальчика перевели обратно в нашу городскую больницу, медицинское заключение на него было подготовлено за сутки, и 27 декабря мы пошли в суд сдавать документы. Суд прошел хорошо, и после обеда мы привезли Ясика домой. Это был наш новогодний подарок!

      Первые два дня у нас прошли спокойно: ребенок почти все время спал, я даже иногда подходила к нему, чтобы выяснить, все ли в порядке. Зато потом…

      Ярославу был месяц и 6 дней, когда он оказался у нас дома, и с ним мы хлебнули родительской чаши сполна: надо было пролечивать до конца почки, полез жутких диатез, одновременно начались колики, плохая усвояемость смеси и прочие проблемы маленьких не очень здоровых детей. Самое страшное была - это осознание беспомощности, когда держишь на руках рыдающего ребенка и не знаешь, чем ему помочь. Ежедневные процедуры, прогулки на свежем воздухе, удачно подобранные смеси (пришлось кормить одновременно тремя)… Да что я говорю - труд и забота всегда окупаются сторицей.

      Несколько лет, как Ясик с нами, и нет ничего дороже этой милой, безумно открытой и доверчивой улыбки, этих пухленьких цепких пальчиков, ворчливого басочка… Я понимаю: мы бы многого лишились, если бы у нас не было этого озорного рыжеватого мальчишки, и ни о чем не жалею.

      Честно говоря, я не считаю нас настоящими усыновителями: ведь детки попали к нам очень маленькими. Но в планах на будущее у нас есть задумка пополнить семью ребенком постарше, может, и не одним. Правда, мне хочется еще и маленьких двойняшек, уже сейчас я мужу начинаю намекать на это обстоятельство. Честно говоря, я себя уже боюсь: мне постоянно хочется думать о том времени, когда у нас появится еще ребенок, а потом еще, еще, еще…